Архивы

«ЖИЛИ НА СЕЛЕ В ВОЙНУ НЕСЛАДКО»

 

Они во многом схожи, но все же разнятся и дополняют друг друга – воспоминания тех наших земляков, чье детство пришлось на тяжелейшие годы Великой Отечественной. И чем меньше остается среди нас очевидцев той поры, по мере сил своих приближавших Победу, тем ценнее эти воспоминания. Мы, россияне, забыть не вправе пережитое поколением победителей, солдатами фронта и тыла, детьми войны, трудившимися рядом со взрослыми.

Мой сегодняшний рассказ о жительнице с. Кротково Валентине Михайловне КУРНОСОВОЙ станет еще одним свидетельством, которое тоже надо обязательно сохранить.

Война, а девчушке всего 6 лет

Валентина Михайловна – коренная кротковчанка, родилась в этом селе 7 февраля 1935 года. Когда началась война и отец ушел на фронт, их в доме осталось четверо: бабушка, мама, шестилетняя Валюша и её маленькая сестренка 1940-го года рождения. Отец по ранению был на некоторый срок отпущен домой на долечивание и позднее, в 1943-м, в семье появился еще один ребенок – сынишка. Только вот и его – самого младшенького в семье, и дочек поднимать потом матери пришлось одной. От мужа она больше ни одной весточки не дождалась, как вернулся на фронт, так и пропал без вести. Трое детей остались сиротами.

— Голодовать – то мы сильно не голодовали, — рассказывала мне Валентина Михайловна, которую я навестила будучи в редакционной командировке в с. Кротково. – Мама была женщина сильная, корову на дворе держала, овцы у нас были, это выручало.

На второй год войны мужиков уже почти всех забрали на фронт. В поле хлеба стояли неубранными. Все-таки сжали их жнейками, уложили в рядки, а потом снопы надо было связывать. В совете начали к народу прислушиваться, сообща решать, что и как делать. Женщины, кто посильней, снопы свозили в копны, потом обмолачивали. Обучили коров, приспособили их для перевозки. А трудов-то это сколько стоило! Непростое дело — приучить корову, да запрячь её как-то надо, лошадиные хомуты коровам не подходили. Нашлись все же умельцы – старички, кто седёлку, кто хомут мудреный сделает…

Мама моя Агафья Николаевна свою корову обучила, только  вожжами ею править не получалось, приходилось в поводу водить. Поработала мама с ней одна так день, а на другой говорит мне: «Валя, дочка, айда со мной! Будешь мне помогать, слепней отгонять, они корову едят поедом, она не стоит на месте, дергается». Ну что же, собрались, вымя корове спрятали в матерчатый мешок (специально его сшили для этого), и стала я помощницей. Все лето так-то вместе работали. Получали паёк на корову и на хозяйку – подспорье большое для семьи.

А на следующую весну я уж постарше немножко стала. Набирали бригаду подсолнухи сеять. Мама меня в эту бригаду послала: «Иди, подсоби, взрослые растолкуют, что и как делать надо». Дали мне палку, как черен от лопаты. Ткнешь её в землю, ямочку сделаешь. Из большого кармана, пришитого к одежке, берешь семечки и насыпаешь в эту ямку. А как урожай хлебов подоспел, мы, ребятишки, колоски в поле собирали. Старались, чтобы ни зернышка не пропало зря.

Трудно было в годы войны. Налоги какие были! Всё сдавали для фронта. Однако всё перетерпели, выжили.

Сколько было ликования, когда Победу объявили – не передать! И тут начали приходить в сельсовет извещения: кто из солдат наших местных домой возвращается. Помню, в один из дней сообщили, что едет дескать Голяхов, а у нас в селе две семьи с такой фамилией ждали своего мужа и отца Голяхова с фронта. А как зовут солдата в извещение не было написано. Обнялись моя мама и её однофамилица, вместе побежали узнавать. Возвратились женщины, одна веселая, другая – в горе. Улыбнулась вроде бы нам надежда, да не сбылась, не дождались мы отца с фронта, видно сложил голову на поле боя.

Ну а кому-то повезло, встречали отвоевавшихся. Многие пришли после ранений, кто без ноги, кто без руки, все равно радовались, да ещё как: живые – это главное!

Жизнь налаживалась

— После войны дела пошли лучше, — продолжала свой рассказ Валентина Михайловна. – Фронтовики чуть отдохнули, подлечили раны, взялись восстанавливать хозяйство. Стали понемногу в колхозе платить за трудодни. Все работали, не щадя сил, землю обрабатывали до клочка, соскучились по хлеборобскому делу.Женщины от мужей и отцов не отставали, трудолюбивый народ на селе.

Я лет в 9 в школу пошла первый раз. Учебников не было, тетрадей и карандашей тоже, ручки нам дали и из коробочки перышки разделили на всех. Химические карандаши в пузырек с водой опустили – сделали так чернила.Писали на старых газетах, если находили старые тетрадки, использовали все местечки, где не до конца был заполнен листок, если строчки редкие – так между них умудрялись вписывать. Всё в дело шло.

Учителя нас подбадривали, говорили, что скоро будет полегче, лучше жить будем. Так и вышло.

Когда я немного повзрослела, мама стала брать меня с собой на ферму — в помощь. В это время она уже дояркой работала, по 16 голов вручную доить приходилось. От неё и я научилась, а когда силы маму оставили, и она вышла на пенсию, я приняла её группу. Тут уже по 25 коров дойных в группах стало, постепенно облегчила  работу механизация, которая пришла на фермы. Но все равно работа в животноводстве не из легких была. Так я дояркой и проработала 33 года до самой пенсии.

Дела семейные

Для большинства женщин, конечно же, главное всё-таки — не работа, (хотя она много времени занимает). а семья. Так и у Валентины Михайловны, счастье её — в родных и близких, им она тепло своей души и заботу отдавала и отдает поныне.

В беседе с нею я узнала, что не всю жизнь прожила она в родном селе,  был период, когда, только поженившись, решились они с супругом Николаем Ивановичем в город перебраться.

— В Ульяновске Николай в облвоенкомате устроился, нас поставили в очередь на квартиру. Год прошел, я сына Володю родила, дома сидела, потом отвезла его в Кротково родителям, а сама тоже работать вышла. Очередь на жилье была большая, жили мы в полуподвале, окна наполовину на уровне земли и только вторая половина – выше, так что улицу видно. Думали – думали и говорю: «Айда, Коля, домой, свой угол добывать.» Своими руками в Кротково дом построили. Муж работал в колхозе бухгалтером и плотничал, он много чего умел, руки были у него золотые. 47 лет мы с ним прожили, двоих детей вырастили. Сын Владимир в здешнем хозяйстве водителем работал, потом и до руководителя дорос, его многие в районе знают, жаль вот потеряли мы его безвременно в 2006 году. С женой его Валей мы всю жизнь как мать с дочкой, ни разу друг на друга сердиты не были. Дочка Люба вышла замуж в Бектяшке, стала по фамилии Борисова.

Дедушку (мужа своего – авт.) схоронила я в 1999 году, с тех пор одна в доме, но меня родня не бросают, у меня четверо внуков, семь правнуков и двое праправнуков уже есть.

Здоровье мое, конечно, не то, что прежде было, давление беспокоит и вены вон повылазили, слышать плохо стала,  но пока, слава Богу, стираю, убираюсь, варю – всё сама, в магазин хожу, зимой покупки на санках везу, а то внук Сергей или еще кто из моих понаберут полную сумку и принесут. Без внимания меня не оставляют.

Жалеет, конечно, Валентина Михайловна, что не всё ей теперь под силу.

— У неё руки очень тоскуют по тесту. Раньше она так любила печь и чего только не пекла на всю нашу большую семью! Особенно пирожки с капустой и картошкой получались у неё чудесные, ни у кого таких вкуснющих не доводилось пробовать! – делится внучка героини этого рассказа Алёна Евгеньевна Аверьянова, работающая учителем в местной школе (именно с ней я побывала в гостях у В.М. Курносовой) она по моей просьбе выступила в роли провожатой).

Валентине Михайловне уже 85, возраст солидный, но еще молоды её глаза, держится она бодро и, надеюсь, еще надолго хватит её внутренней жизненной силы. Ни пережитые невзгоды, ни годы полные каждодневного труда не убавили её оптимизма.

Встречи с такими людьми всегда оставляют в душе теплые воспоминания.

Здоровья Вам и много-много радостных дней, дорогая Валентина Михайловна!

 

И. ШПАК. Фото автора.

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *